WORD SHARING!

WORD SHARING!

7.10.13

NOTES TOWARDS A POEM ON RUSSIA

























1

Red star night.
A badge in the sky.
Banners at the cross-roads.
Oh Mother Russia,
your past bleeding,
we are driving to the future
in a black limousine.

2

Rubbing hearts
in the lift
with travellers,
an atlas in microcosm,
all telling us,
by their accents,
the rooms
that they were born in.
In the Ukraine Hotel,
the bathrooms drip
with voices
and many tongues
sleep,
with the last words of the day
melting away on their lips.

3

Vodka is as warm
as a kiss.
It thrusts a burning finger
down your throat.
After a few,
we embrace.
Our arms surround
the World.
Warm Russian that he is,
Igor kisses me.
After fish and caviar,
the kiss
tastes good!
He signs away his writing:
To Keith,
who is both happy and sad.'

Another night
spurts into a dream.
In and out of trouble,
people will always
dance.

4

TO A FELLOW WRITER IN RUSTAVI

Last night we swopped our shirts.
They didn't fit our bodies too well
but they fitted our mood exactly.

5

WHITE NIGHTS

The huge spread of Leningrad.
Cold courtyard heart.
The winter is hard,
but the nights are turning,
from black to white,
to red and back again.

6

Circus,
and I'm dazzled;
not by the slender sway
of the supple trapezist
but by the spotlight
of a girl's blonde hair.
Shining from the audience,
she smiles
and all Russia smiles at me.
Such tricks in this moment.
I know I'll never see her again.



7

ZAGORSK

All the wailing
behind fine railings.
The seminary domes like suns
catch the sun
and priests, with long nights in their beards,
harmonize brilliantly.
Their voices,
polished gold,
sound out the walls
as a rocket
glints in the sky.

8

RUSTAVI STEELWORKS
It's hellish hot in here.
Beneath the Earth,
these are
men and women
sweating steel,
forging
futures for
their children.
Steel bars for prisons,
steel bars for playgrounds.
It's hellish hot in here.
Like a heart,
burning.

9

Three swaying silhouettes.
Three bureaucrats.
Along the street,
they joggle towards us.
In their cases,
they carry documents with drink
seeping between the lines.
And now they are laughing,
and now the words are laughing.
They are peace documents.
Messages.
Meant for bottles,
meant for oceans.



Keith Armstrong


Кит Армстронг

ДЖОРДИ В РОССИИ.
ЗАРИСОВКИ К ПОЭМЕ.
1980 ГОД

Ночь сплошь краснозвездная.

На небе октябрятские значки.

На перекрестках букеты знамен.

Матушка Россия.

Твой день вчерашний всё кровоточит.

Нас к рассвету мчит «Чайка» ---
Черный, как ночь, лимузин.

В лифте плечом к плечу
и сердцем к сердцу с туристами.

Атлас микрокосма
В чужих наречьях.

Посланцы всей планеты коммунальной.

Гостиница «Украина».

Где в ванных капают из кранов
голоса на многих языках.

Где постояльцы засыпают
на полуслове.

Впечатления тают
на уставших за день губах.

Греет водка,
как поцелуй.
Перст указующий и жгучий
ведет по пищеводу.

Тост. Третий. Пятый.
И мы уже в обнимку.

В объятья заключаем
целый Мир.

Горячий троекратный
русский поцелуй от Игоря.

Вслед за рыбой и красной икрой пылкий поцелуй на десерт.

Надпись на странице книги:
«Киту --- счастливому и грустному человеку…».

Еще одна русская ночь
переходит в сновиденье.

Люди всегда танцуют ---
в горе или в радости.

ПИСАТЕЛЬ-ПОБРАТИМ В РУСТАВИ

Вчера за ужином
мы поменялись рубашками.

Хотя размеры наших тел не очень совпадают,
это был душевнейший десерт.

БЕЛЫЕ НОЧИ

Бескрайние просторы Ленинграда.

Студеный колодец двора.

Погоды зимние объятья.

Каждой ночью тьма
становится белее, румянее.

А после маятник качнет обратно.

х х х х х

Я ошарашен цирком.

Хрупкие маневры почти
невидимой трапеции.

Пронзает воздух
луч прожектора.

Но главное --- белокурые
пышные пряди волос.
Как хвост кометы
над головами зрителей.

В ее улыбке --- лицо России.

Цирковое волшебство
специально для меня.

Я не забуду эту фею.
Просто не смогу забыть.

ЗАГОРСК

Из-за резных перил ---
хор голосов.

Сотни солнц на куполах духовной семинарии
гармонично рифмуются с процессией монахов,
в бородах которых тлеют огни заутренней молитвы.

Голоса шлифуют позолоту и взмывают за бастионы стен,
рвутся в небо
сияющей ракетой.

СТАЛЕЛИТЕЙЩИКИ РУСТАВИ

Здесь жарко, как в аду.

Спустившись в шар земной,
женщины, мужчины
здесь варят сталь.

В расплавленной реке рождается будущее их детей.

Сталь в решетках тюрем и в оградах детских игровых площадок.

Жара, словно в преисподней. Сердечная изжога.

Три зыбких силуэта.

Три бюрократа идут по улице
в раскачку навстречу нам.

В своих сверхмодных «дипломатах» они несут сверхважные бумаги.

Пойло сочится между строк в супердокументах.

Чиновники хохочут ---
эхом смеются их слова.

Бумажные прожекты
о мире во всем мире
запечатаны в бутылках, которые отправятся посланьем по волнам океанов.


(Translated by Yuri Stoma)

the jingling geordie

My photo
whitley bay, tyne and wear, United Kingdom
poet and raconteur